Краткий обзор двух популярных соцсетей выявил полное пренебрежение российских Вооруженных Сил к возможности использования медиаресурсов для взаимодействия с гражданами. Иначе относятся к этому за океаном. Там использование социальных медиа  военными ведомствами поставлено на профессиональную основу. 

Институт проблем правоприменения публикует результаты исследования  "Практическая реализация принципа открытости правосудия в Российской Федерации", подготовленные научным сотрудником Института Михаилом Поздняковым. Исследование обобщает наработанный научный и практический опыт в области судебной прозрачности.

Перейти к исследованию

Кампания протеста против поправок в венгерское законодательство, ограничивающих свободу доступа к информации, о которых мы писали ранее, закончилась успехом. Президент Венгрии поручил Парламенту пересмотреть противоречивый законопроект, сужающий возможности граждан использоваать закон о доступе к информации. 

Казахские прокуроры всерьез озаботились проблемой низкого доверия граждан к силовым органам и решили заняться ей в правильном направлении — через информатизацию своих ресурсов и повышение открытости.

Несколько месяцев назад мы в Фонде обсуждали историю участницы Великой Отечественной войны, фронтового хирурга Тамары Федоровой, которая, несмотря на законное право получить достойные условия для проживания, вынуждена была жить в аварийном доме без элементарных удобств. Ситуация имела большой общественный резонанс и поэтому разрешилась благополучно – ветерану вручил ключи от квартиры и.о. губернатора. Однако, судя по многочисленным публикациям и обсуждениям в интернете, такие случаи нередки, и не всегда они привлекают внимание крупных СМИ и доходят до высоких кабинетов. Мы решили не оставаться в стороне: юрист Никита Анферов сделал ряд запросов в органы власти, чтобы узнать, есть ли гарантии у ветеранов в решении их жилищных проблем.

Конференция, организованная National Security Archive (США) и Институтом развития свободы информации (Грузия), состоялась в Тбилиси 26-27 апреля. В ней приняли участие представители как гражданского общества, так и органов власти из США, Грузии, России, Болгарии, Украины, Армении и других стран.