История, которую «Мойша напел»

Эксперты Института развития свободы информации получили по решению суда копию Правил работы читального зала архива МИД РФ. Некоторые положения этих Правил наводят на мысль, что часть документов из этого архива историкам не удастся получить ближайшие лет сто.

Историю можно переписать. Достаточно грамотно расставить акценты, умолчать о некоторых моментах — и вот перед нами уже совершенно новый учебник, в котором не Киев — мать городов русских, а, допустим, Нижние Васюки. Поэтому так ценны первоисточники, и, соответственно, те, кто эти первоисточники бережет и охраняет. Но в своем желании «сохранять и приумножать» российские архивы заметно перегибают палку, выпуская разного рода правила и инструкции, которые иногда противоречат действующему законодательству, и вынуждают историков пользоваться альтернативными источниками информации. Вот так рождаются на свет все новые и новые «альтернативные истории» из разряда «я сам «Битлз» не слышал — мне Мойша напел».

Краткая предыстория появления Правил в руках экспертов: 5 апреля 2011 года Московский районный суд Санкт-Петербурга обязал Архив внешей политики МИД РФ предоставить представителям Института развития свободы информации копию Правил работы читального зала архива. Этими Правилами регулируются вопросы доступа исследователей к документам архива МИД РФ и, ссылаясь на этот документ, работники архива неоднократно отказывали исследователям в доступе к тем или иным данным.

Подробности этого дела можно найти в нашем Регистре судебных дел.

Через полгода, 20 октября, Правила наконец-то были присланы в Институт по почте, и эксперты получили возможность ознакомиться с ними. Часть предлагаемых положений требует как минимум уточнения и разъяснения.

Например, одно из правил запрещает проносить в читальный зал любую технику, от фотоаппарата до ноутбука: надо понимать, насколько в современных условиях это затрудняет и замедляет работу исследователей, вооруженных только бумагой и ручкой.

П. 2.8 дает право сотрудникам архива ограничивать доступ к документам, если «тема исследования получила освещение в публикациях документов МИД России». Каким образом можно оценить важность для историка оригинала документа и как оценить степень «освещенности» темы в публикациях, – в Правилах не говорится.

П. 3.5 закрепляет перечень документов, подлинники которых в архиве вообще не выдаются на руки исследователям. Например, в этом списке есть подлинники международных договоров. По мнению юриста Института развития свободы информации Дарьи Сухих, Правила во многом расходятся с положениями закона «Об архивном деле в РФ», который регулирует вопросы доступа пользователей к архивным документам: «Правила были приняты еще в 1996 году, и на сегодняшний момент морально устарели. В ответе, который мы получили из МИД РФ, сообщается, что ведомство готовит новый проект Правил, которые будут полностью соответствовать закону. По словам чиновников, сейчас завершается процесс многочисленных согласований. В ближайшее время, вероятно, мы направим электронный запрос в МИД РФ, чтобы узнать, на какой стадии находится разработка Правил».

Впрочем, согласования и разработка — это прекрасно, но на сегодняшний день (как и последние 15 лет) работники архива МИД РФ при контактах с исследователями руководствуются исключительно этими старыми Правилами. В свою очередь многочисленные историки, социологи, журналисты — тоже по большей части спокойно воспринимают отказы и возмущаются исключительно в своей среде. Плохой мир с архивами лучше доброй ссоры?