Замажут всех! Будьте спокойны?

Верховный суд РФ будет вымарывать персональные данные из уже вывешенных на официальном сайте решений: основной причиной принятия такого решения считается недовольство многих участников судебных разбирательств. Может быть, это и не причина, а повод?

На сайте Верховного суда РФ вывешено объявление о проведении аукциона на право заключения государственного контракта об изъятии персональных данных из судебных актов. Документацию планируют привести в соответствие с требованиями п. 3 статьи 25 Федерального закона РФ «О персональных данных» и п. 3 статьи 15 Федерального закона РФ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

На сегодняшний день в банке электронных данных Верховного суда РФ — 36 тысяч судебных актов, практически каждый из которых теоретически может вызвать негодование и официальную жалобу у «героев» тех или иных судебных решений.

Формат удаления информации подробно описан в техническом задании. В течение четырех месяцев в помещениях Верховного суда РФ будут трудиться победители аукциона: им предстоит «вручную» на компьютере замазывать всю персональную информацию в pdf-файлах, оставляя только первые буквы фамилий.

В соответствии с действующим законодательством, в открытом доступе останутся фамилии и инициалы истца, ответчика, третьего лица, гражданского истца, гражданского ответчика, осужденного, оправданного, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, секретаря судебного заседания, судей или судьи, а также прокурора, адвоката и представителя.

Только вот вымарывать придется много: согласно техническому заданию, к «персональным данным» отнесли и паспортную информацию, и адреса, и данные о доходах, образовании и профессии, размеры зарплат и взысканых штрафов, и даже подписи судей и участников судебного процесса.

Видимо, представители Верховного суда РФ выполнили и даже перевыполнили план по степени открытости, что и пытаются теперь исправить. Областные и районные суды действуют по наитию. Например, Ивановский районный суд Ивановской области публикует следующее:

«Дата обезличена года, в период времени с 14.00 часов до 6.00 часов, точное время не установлено, Попов Р. А. с женой ФИО6 находился по месту жительства ранее знакомого ему ФИО5 по адресу: Ивановский район, ст. …, где совместно распивали спиртные напитки. Примерно в 15.00 часов, когда ФИО6 и ФИО5. из квартиры ушли, у Попова Р. А., оставшегося одного в квартире, возник преступный умысел на совершение хищения стоявшего в комнате на тумбочке DVD-плеера марки «CORTLAND DVD -2520» стоимостью 1399 рублей, принадлежащего ФИО11».

Стараются и представители Октябрьского районного суда г. Архангельска:

«Прокурор Октябрьского района обратился в суд в интересах ФИО2 с иском к ООО ФИО5 о взыскании задолженности по заработной плате. В обоснование иска указал, что ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работал в должности плотника-бетонщика. ООО ФИО5 имеет задолженность по заработной плате перед истцом в размере 22760,78руб., что подтверждается справкой о размере задолженности. Поводом для обращения в суд явилось заявление ФИО2 в прокуратуру Октябрьского района г. Архангельска».

«Обезличивание» дат в итоге приводит еще и к тому, что понять, когда было совершено преступление практически невозможно — то ли десять лет назад, то ли месяц. Смущает и число размещенных на сегодняшний день на сайтах актов: суды работают бесперебойно, уже 13 июля, а опубликованной на сайте информации — одно-два дела.

Председатель Совета Института развития свободы информации Иван Павлов считает, что прочие суды, вероятнее всего, теперь будут ориентироваться в своей дальнейшей работе на позицию Верховного суда РФ.

О движении судов в сторону закрытости думает и старший юрист Института Дарья Назарова: «В конкурсной документации “на выполнение работ по исключению персональных данных из судебных актов Верховного Суда Российской Федерации” указан достаточно большой объем информации, которая в техническом задании – по непонятным нам причинам – была отнесена к персональным данным, подлежащим исключению: например, это государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя, наименование и местонахождения юридических лиц, адрес места совершения преступления, подписи судей и участников процесса и многое другое.

Часть этих данных уже находится в открытом доступе (например, наименование и местонахождение юридического лица), другая же часть вряд ли вообще может относиться к так называемым персональным, поскольку сама по себе эта информация не идентифицирует конкретное лицо (например, данные о месте совершения преступления). Стирание из постановлений суда подписей судей вообще выглядит дико.

Такой подход Верховного Суда РФ опасен, поскольку ведет к исключению из судебных актов большого массива информации, который, по сути своей, совершенно не нуждается в исключении и не может навредить участникам судебного процесса».

Похоже, намечается неприятная тенденция, которая может свести на нет все усилия по обеспечению прозрачности информации о деятельности российских судов.